- Саня, «мессера» «горбатых» жгут! Туда! – кричал комэска, пикируя на «бубновых тузов»

Восемь штурмовиков обрушились на окраину городка. Здесь, среди цветущих яблонь, сосредоточились немецкие танки. Пущенные эрэсы подожгли несколько бронемашин и топливозаправщик. В небо поднялись столбы чёрного дыма. Они свивались меж собой и раскачивались и расползались, закрывая видимость штурмовикам.

Илы пошли на второй заход, когда появились «мессершмитты».

Командир эскадрильи Яков, капитан Крылов заметил их вовремя, когда немцы ещё подходили. Четвёрка наших истребителей барражировала на высоте около полутора тысяч метров.

Немцы атаковали штурмовики с ходу.

- Не видят нас, - пробормотал себе под нос Крылов. – Атакуем!

«Мессершмитты» выходили на дистанцию уверенного огня, когда сверху на них обрушились Яки. Сразу же задымил один немецкий истребитель.

Подбивший его Крылов заметил на фюзеляже «мессершмиттов» ярко-красные бубновые тузы. Сразу вспомнилось, как в штабе дивизии говорили, что немцы перебросили на наш участок фронта группу асов люфтваффе. Видно, это они и есть.

- Горят не хуже прочих, - усмехнулся комэска и тут выругался.

Илы уже закончили штурмовку и выстраивались в круг. Один штурмовик отстал, делая противозенитный манёвр. К нему устремились два «мессершмитта».

Крылов бросился на выручку, выжимая из своего Яка всю скорость. Комэска дал длинную очередь. Огненная струя пролетела перед немецкими истребителями. Те отвернули в сторону Крылова.

- В лобовую! – азартно крикнул Крылов.

Он с ведомым помчался навстречу двум «мессершиттам». Но немцы атаки не приняли.

Пара немецких истребителей переворотом через крыло ушла вниз. Комэска отдал ручку от себе, входя в пике. И тут он заметил, что четыре «мессершмитта» атакуют штурмовики, уже уходящие в сторону линии фронта. Один Ил дымился.

- Саня, «мессера» «горбатых» жгут! Иди к ним! – крикнул Крылов по рации ведомому.

Пикируя, он быстро набрал скорость и догнал уходящие «мессершмитты», выйдя точно в хвост ведомому. Длинная очередь из пушки и пулемётов – немец вспыхнул и камнем рухнул вниз.

Оглядевшись, комэска увидел, что вторая пара Яков крутится с парой «мессершмиттов». Вот наш истребитель, атакуя по вертикали, ударил в упор по немецкому самолёту. Тот взорвался в воздухе. Мотор, объятый пламенем, отлетел в сторону.

И тут наши атаковали второй «мессершмитт». Немец пытался уйти скольжением, но разноцветные линии трассеров упёрлись ему в фюзеляж и крыло. Полетели обломки, и немецкий самолёт рухнул вниз.

- Горят «бубновые»! – оскалился Крылов и тут же вспомнил. - Где ведомый?

Крылов видел, что штурмовики уже ушли, а рядом крутились карусель воздушного боя. Ведомый как раз угрожал одному «мессершмитту» зайти в хвост.

Подошла вторая пара Яков. Немцы стали выходить из боя. Свою главную задачу – сбить наши штурмовики, они не смогли выполнить.

Но тут один из «мессершмиттов» крутнулся в развороте и резко спикировав, атаковал ведомого у комэска.

- Саня, сверху! – закричал Крылов, но немец уже опутал огненными трассами наш истребитель.

Тот вспыхнул и тут же из него выпрыгнул лётчик. Раскрылся парашют.

Немцы уходили. Крылов решил не преследовать их. Цель – прикрытие штурмовиков, исполнена. Комэска сделал круг над лесом, где приземлился его сбитый ведомый.

Но не заметил даже купола, видно, лётчик его спрятал уже.

Тройка Яков пошла домой. Над линией фронта их обстреляли немецкие зенитки, но разрывы появились в стороне и не зацепили самолёты.

Докладывая о воздушном бое, Крылов показал на карте, где примерно приземлился его ведомый.

Данные передали войсковым разведчикам.

Но сбитый лётчик добрался к своим самостоятельно. Через два дня он перебрался через линию фронта и появился на своём аэродроме.

За активную боевую работу по успешному прикрытия штурмовиков лётчиков-истребителей наградили орденами Отечественной войны второй степени.